Лебединое озеро

Только что мы отметили печальную дату начала Великой Отечественной.
Телевидение, как обычно, показало фильм Озерова «Освобождение», а некоторые телеканалы собрали на ток-шоу историков с ветеранами и принялись обсуждать, «а чтобы было, если бы Сталин иначе повел бы себя в 41-ом? Можно ли бы было избежать катастрофы»?  Посмотрев ДВЕ передачи такого содержания подряд, и особенно «зацепившись мозгами» на одной, где темой БОЛЬШОГО СПОРА между историками стало «НЕ ЧЕРЧИЛЬ ЛИ СПРОВОЦИРОВАЛ НАПАДЕНИЕ ГЕРМАНИИ НА СССР?» я задумался над проблемой АЛЬТЕРНАТИВНОЙ ИСТОРИИ. Что это? Простое сотрясение воздуха? Ведь у истории нет сослагательного наклонения!
Мне думается, что изучение так называемой «альтернативной истории», это вовсе не «опускание до жанра фантастики и приключений», но наоборот, истинно научное занятие, потому как анализ «упущенных возможностей», в чем, собственно и состоит пресловутая «альтернативная история» - есть дело, как бы выразился незабвенный Владимир Ильич – «архиполезное». Ведь «могильщик новейшей истории» Шпенглер в своем Закате Европы уже на первых страницах этого выдающегося научного труда так высказался об истории, как таковой: «будь она наукой, тогда бы за несколько столетий, покуда она по хронологии собирала и сортировала факты из жизни стран и народов, ей бы следовало вывести такие закономерности, благодаря которым, жизнь человечества стала бы лучше и осмысленнее, и по крайней мере – она (история) научила бы вождей и руководимые ими народы не наступать на грабли их предшественников»…  И это сказал Шпенглер, который сам по образованию историк.  Что можно робко возразить в защиту истории, как науки? Противопоставить попытки Маркса и Энгельса создать некое «научное пособие по конструктивной истории», получившее у нас название «Истмат»?  Но как наглядно показал крах социализма, Шпенглер был прав, называя вскормившую его науку – «не наукой».  И вот только, пожалуй, именно изучение «упущенных возможностей», именно то, от чего так настоятельно предостерегают профессиональные историки , когда в своей аррогантности брезгливо задирают stiff upper lip и фыркают свое сакраментальное, де «история не терпит сослагательного наклонения»  (а кстати, почему именно так с такой горячей категоричностью профи-историки предостерегают от делания «этого»?  отчего и чего они боятся? )
Думается мне, что боятся они именно того, что «альтернатившики» именно угодили в больную точку современной истории, как науки.
Итак, примем нашу модель – «изучение альтернативных течений истории», то есть «допущение пресловутого сослагательного» есть истинный научный анализ, позволяющий делать полезные выводы и сделать историю той наукой, что по ее могильщику Шпенглеру «все же сможет стать полезной обществу».

Сейчас в этих коротких заметках, я попытаюсь рассмотреть вопрос об альтернативном течении истории в одном из самых ее ключевых реперных  моментов – начале Второй мировой войны. Если бы Сталин поверил Гитлеру, и если бы Гитлер проявил большую гибкость в национальном вопросе.
Вообще, все к тому шло.  Две страны в Европе строили социализм.  В обеих странах был полицейский тоталитарный режим, обеими странами правили вожди абсолютистского толка.  Более того, в принципе, обе страны имели общего врага – американский империализм, союзничавший с увядающим, но еще крепким  британским колониальным величием.  И в конце-концов, не договорившись, обе эти страны пришли к краху. Германия в 1945 к фактическому военному краху, а СССР с отсрочкой на пятьдесят лет (а что для истории пятьдесят лет!) практически к такому же результату, рухнув к ногам пресловутого американского империализма союзничевшего с Британией…
Итак, рискнем предположить, что Сталин и Гитлер были не правы в оценках перспектив и недооценке друг друга, как союзников в военно-политическом блоке против США.
Не вызывает особых сомнений, что случись такой блок, Британия – совместными усилиями объединенных ВВС и ВМФ  ОКВ  и Красной Армии  была бы раздавлена уже в 41-42 ом.  А дальше – предстояла бы война с США. И неизвестно, как бы пошли дела у Адмирала Нимица на Тихом океане против японцев, помогай японцам все подводные силы гроссадмирала Дённица, да и адмирала Кузнецова!
И безусловно, картина мира нынче была бы совершенно иной.

Фантастика?
Ничуть!  Реально переговоры о военно-политическом блоке велись. И вот только когда радетели гласности – Егор Яковлев с его приятелем огоньковцем Коротичем рьяно принялись «разоблачать всех и всё вытаскивать за ушко, да на солнышко», когда они стали публиковать комментарии к актам Молотова-Риббентропа, они стали делать это со своей внутренней цензурой.  Ведь переговоры Молотов-Риббентропп велись в духе создания именно «договора о дружбе», а не простого «акта о ненападении» с пресловутым разделом Польши и Прибалтики. Там велись переговоры, затрагивающие более глубокие и  далеко идущие вопросы коренного альянса против общего перспективного врага. (США) (который всех и победил, в конце-концов) – и Гитлера , и СССР…
На чем почти сговорились Гитлер со Сталиным? 
На том, что они строят «народный социализм», только разными путями и с разными названиями. 
На том, что имеют общего врага в лице США и Британии.
Этого уже было более чем достаточно для того, чтобы сговориться.
Однако, были и серьезные противоречия.
Гитлер в своем националистическом упрямстве не хотел признать русских за «ариев», или хотябы за «фолькс-ариев» - по модели, которую предлагали Гитлеру Розенберг и Риббентроп , де Россия в Азии будет играть такую же роль, как Германия в Европе – роль стержневой нации, когда две великих нации – немцы и русские станут по две стороны от Двины и Буга – немцы в Европе, а русские в Азии – полноправными хозяевами, когда России достанутся все дальние британские колонии (на которые поглядывали США), а Германии – вся Западная Европа и главным образом – сами Английские острова.
Гитлер не хотел признавать русских «почти равными немцам»…
А Сталин не захотел «решить в России еврейский вопрос», как того требовал Гитлер, даже по самой «мягкой схеме» с простым «выселением большей части евреев – граждан СССР в восточные регионы (на Дальний Восток)»  Однако, исходя из этого не следует «подозревать» Сталина в том, что он НЕ БЫЛ антисемитом.  События 52 и 53 годов как раз говорят об обратном, вспомним, хотябы и Дело врачей-убийц и кампанию, направленную против «безродных космополитов», так что, надо полагать, Сталин сочувствовал Гитлеру в ряде моментов, просто в 39 и 40 годах Сталин считал «борьбу с космополитами» преждевременной. А ведь, и автономную Еврейскую республику как бы под это самое дело учредили. Но, не сговорились. Не состоялось.
Так какой же урок следовало бы вынести из СМЕЛЫХ  альтернативных предположений, допускающих пресловутую «сослагательность»? 
Руководителю (вождю нации) следует быть БОЛЕЕ дальновидным (Гитлер оказался менее прозорливым из всех участников великих событий), а если быть дальновидным, то следует быть и ГИБКИМ, уметь жертвовать фетишами лозунгов и химерами условностей, ради большого фьючерсного профита (каким в случае сговора была бы победа над США).
а из этого следует и урок нынешним руководителям наций и территорий – не прогадать! Выбрать таких союзников, с которыми можно придти к самым немыслимо невероятным высотам прогнозируемо-непрогнозируемого будущего.

Сегодня, обсуждая САМЫЕ ПЕЧАЛЬНЫЕ моменты нашей истории, и отдавая дань памяти нашим соотечественникам, павшим в годы страшной, но справедливой ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ, надо делать не только военные и экономические выводы на будущее (ведь мы по прежнему живем в достаточно ВРАЖДЕБНОМ окружении), но и политические выводы, что на какой-то момент (подобно Черчиллю) можно заключать и союзы с одним врагом, чтобы паобедив более важного и более опасного врага – потом расправиться и с временным союзником. Ведь именно таковой была логика Черчилля. Чтобы победить того врага (Гитлера), что реально готовился уже перепрыгнуть Ла-Манш, Черчилль заключил союз с САМЫМ ГЛАВНЫМ ВРАГОМ КАПИТАЛА – с Советским Союзом, чтобы столкнув его с Германией, в конце схватки самому остаться невредимым, а уже ПОТОМ разбираться с СССР в длительной «холодной» войне (как у него и получилось)!
Поэтому и теперь, в нынешней ОЧЕНЬ СЛОЖНОЙ внешнеполитической ситуации, мы бы могли пойти и на ОЧЕНЬ СТРАННЫЕ союзы… Ради большой дальней цели.